Андре Олдмен
совый
хлеб, сыр.
Пол жестом указал на пищу.
- Любимая, ты должна много есть! Поверь мне!
Чани едва сдержала дрожь, когда он обратил на нее свои пустые
глазницы. Она уже перестала спрашивать у него объяснения. Он отвечал так
странно: "Я крещен в песке, и это стоило мне гибкости и веры. Кто теперь
будет торговать верой? А кто - покупать?"
Что он хотел сказать этими словами? Он отказался даже обсуждать глаза
тлейлаксу, хотя, не считаясь с расходами, купил их для всех, кто разделил
его несчастье.
Удовлетворив голод, Чани выскользнула из постели, оглянулась на Пола
и заметила, как он устал. Угрюмые морщины окружают его рот. Темные волосы
взлохматились после сна, который не принес облегчения. Он казался таким
опустошенным и далеким. Она заставила себя отвернуться, прошептав:
- Любимый... любимый...
Он наклонился к ней, уложил на кровать и поцеловал в щеку.
- Скоро мы вернемся в нашу пустыню, - прошептал он. - Осталось
сделать немногое.
Она вздрогнула от чувства бесповоротности в его голосе.
Он обнял ее еще крепче и пробормотал:
- Не бойся меня, моя Сихайя. Забудь загадку и прими любовь. В любви
нет загадки. Любовь приходит от жизни. Ты чувствуешь это?
- Да.
Она прижала ладонь к его груди, считая удары сердца. Его любовь
взывала к ее душе, душе Свободной. Его магнетическая власть окутала ее.
- Обещаю тебе, любимая, - сказал он, - наш сын будет править такой
Империей, в сравнении с которой моя теперешняя - ничто. Такое величие,
такие достижения искусства...
- Мы сейчас здесь! - возразила она, сдерживая сухие рыдания. - И... я
чувствую, что у нас осталось так мало... времени.
- Перед нами вечность, любимая.
- У тебя, может быть, и вечность. У меня не только "сейчас".
- Но "сейчас" это и есть вечность. - Он провел рукой по ее волосам.
Она прижалась к нему, коснулась губами шеи. От легкого давления в ее
чреве зашевелился ребенок, и она ощутила его движения.
Пол тоже почувствовал это. Он положил руку ей на живот и сказал:
- Маленький правитель Вселенной, подожди своего часа. Это мгновение
принадлежит мне.
Она удивилась, почему он всегда говорит о жизни в ней в единственном
числе. Сказали ли ему врачи? Она порылась в памяти, удивляясь тому, что
это обстоятельство никогда не обсуждалось ими. Он, конечно, знает, что она
носит двоих. Она поколебалась, надо ли говорить об этом. Он должен знать.
Он знает все. Его руки, его рот - все в нем знает ее.
Она сказала:
- Да, любимый. Это вечность... она реальна.
И плотно закрыла глаза, чтобы при виде его пустых глазниц ее душа не
переселилась из рая в ад.
Когда они начали одеваться, она сказала:
- Есл
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
Ваши отзывы:
Лешик:
Спасибо Вам огромное!
Настя:
Милые книжки :-)
|
