Твердыня полуночи
Он не хотел возвращаться в съетч с его блохами, Намри,
Гурни Хэллеком.
"Я трус", - подумал он.
Но трус, даже трус, может умереть мужественно, с красивым жестом
напоследок - единственным, что ему остается. Где же тот красивый жест,
способный опять превратить его в единое целое? Как он может выполнить то,
чего требует Гурни - очнуться от транса и видений ради открытого
мироздания? Без этого превращения, без пробуждения от бесцельных видений
он сам себя подвергает остаться пленником до конца своих дней. Его выбор
совпадет с выбором его тюремщиков. Где-то он должен набраться мудрости,
внутреннего равновесия, которое отразилось бы на мироздании и вернуло ему
образ спокойной силы. Только тогда он сможет отыскать свою Золотую Тропу и
жить в коже, которая будет не его собственная.
Кто-то играл на бализете. Лито ощущал койку у себя под спиной. Он
слышал музыку. Это Гурни играет. Ничьи другие пальцы не могли сравниться с
его по мастерству владения этим наисложнейшим инструментом. Играл он
старую песню Свободных, называемую "Хадит" за ее внутреннее повествование
и напоминание об обыденных занятиях, необходимых, чтобы видеть на
Арракисе. Песня рассказывала о занятиях людей внутри съетча.
Лито ощутил, как музыка ведет его через чудесную древнюю пещеру. Он
увидел женщин, работающих на ножной давильне, чтобы получить выжимки
спайса для топлива, ставящих спайсовую закваску, ткущих спайсовую ткань.
Меланж был в съетче повсюду.
И наступили мгновения, когда музыка и видение людей в пещере слились
для Лито воедино. Подвывания и хлопки механического ткацкого станка стали
подвыванием и хлопками бализета. Но его внутреннее зрение созерцало
материи из человеческих волос, длинного меха крыс-мутантов, нитей хлопка
из пустыни, полосок, нарезанных из птичьей кожи. Он увидел школу съетча.
Экоязык Дюны на крыльях музыки яростно ворвался в его ум. Он увидел
работающую на солнечной энергии куреню, длинное помещение, где
изготовлялись и хранились стилсьюты. Он увидел предсказателей погоды,
делающих прогнозы по палочкам, вынутыми ими из песка.
Во время его путешествия кто-то принес ему еду и покормил его с
ложки, поддерживая его голову сильной рукой. Он знал, что это ощущение -
из настоящего, но восхитительная игра перемещений продолжалась в нем.
И, словно это пришло через миг после приема приправленной спайсом
пищи, он увидел несущуюся песчаную бурю. Движущиеся образы дыхания песка
стали золотыми отражениями в глазах мотылька, и его собственная жизнь
сжалась до размеров вязкого следа ползучего насекомого.
Через его ум пронеслись слова из Паноплиа Профетикус: "Сказано, что
нет ничего прочного, ничего уравновешенного, ничего уст
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
Ваши отзывы:
Лешик:
Спасибо Вам огромное!
Настя:
Милые книжки :-)
|
